За кулисами музыкальной школы
На самом деле всё было совсем не так.
Когда дочь была маленькой, у неё обнаружили целиакию. Для неё закрылась дорога в детский сад, а для меня закрылась возможность спокойно выйти на работу. Плюс мне нужно было самой занять ребёнка, развивать её и социализировать.
Мы пробовали всё подряд. Народные танцы, вокал, рисование, ещё какие-то занятия, сейчас уже даже всё не вспомню. Что-то ей не нравилось, что-то постепенно отпадало.
Осталась одна скрипка. Я видела, что дочка полюбила инструмент, и у неё что-то начинало получаться. И решила не просто водить её на занятия, а серьёзно включиться в то,
чтобы помочь ей его освоить.
Сама я на скрипке никогда не играла. Да, я занималась музыкой с детства, знала сольфеджио, классические произведения, музлитру. Но про скрипку не знала практически ничего.
Постепенно наши занятия перешли на формат четыре-шесть часов ежедневно. Мы разбирали каждую ноту, ритм, музыкальные фразы. Смыслы того, что она играет. Отрабатывали сложные места.
Для облегчения этого процесса я придумала такую методику:
Пишешь цифру темпа метронома, напротив палочки. Например, 10 палочек, значит место (такт или строчку) нужно сыграть 10 раз.
Сыграл, палочку зачеркнул.
У дочки этих палочек могло быть от 10 до 100.
Чтобы сдвинуть темп, начинаешь обычно с медленного и до нужного. В итоге может получиться на одно только место около 1000 сыгранных раз.
Пока я помогала ребёнку учиться, я сама училась вместе с ней. К завершению работы над произведением, конечно же, и я знала его наизусть: все ноты, штрихи, оттенки.
Научилась слышать то, чего раньше не слышала.
Понимать, где не выдержан ритм, где музыкальная фраза звучит неправильно, где нужно ещё поработать над каким-то крошечным фрагментом.
Самое сложное, когда не хочется никому
Самое сложное в процессе занятий не просто заставить ребёнка заниматься, когда ему не хочется. Самое сложное — начать заниматься, когда не хочется никому.
Бывали моменты, когда мне было искренне жалко дочь. Я видела, как она уставала. Но я ни разу не подумала «Ну зачем? Да пошло оно всё». Я сидела рядом, уговаривала себя не раскисать и строго говорила себе и ей, что нужно продолжать.
Никаких: «Ладно, сегодня пропустим». Если выбирать только то, что легко и приятно, серьёзного навыка не получить.
Это не значит, что ребёнка нужно мучить. Это значит, что у некоторых вещей есть цена в виде регулярного труда.
А потом смешно слышать: «У этого ребёнка врождённое вибрато».
Ахаха. Знали бы вы, сколько мы над этим «врождённым» вибрато работали!
Педагог здесь как тренер. И дело не только в том, чтобы научить ребёнка играть. Хороший педагог должен уметь мотивировать. И не только и не столько ребёнка, сколько родителей.
У нашей первой учительницы это хорошо получалось. Она была важным человеком в нашей истории: именно она помогла нам полюбить этот путь, научила работать и, в каком-то смысле, заразила этой идеей всю семью.
Для родителя это тоже часть пути, к которой стоит быть готовым. Хороший педагог не всегда окажется в соседнем кабинете музыкальной школы. Иногда за ним приходится ехать в другой город, менять привычную жизнь и начинать заново.
И это одна из вещей, которую я поняла только в процессе: если ребёнок действительно хочет идти в музыку серьёзно, задача родителя не только заниматься и участвовать в организации его жизни. Нужно ещё учиться самому вовремя понимать, чему и у кого он учится.
Ежедневные тренировки = занятия. Техника, которую нужно отрабатывать до автоматизма.
Соревнования = конкурсы. Сцена, волнение, победы и поражения.
Многолетняя подготовка, результат которой заранее никто не может гарантировать.
Перед конкурсами атмосфера накалялась. Утром мы ехали к педагогу. После занятия уезжали заниматься самостоятельно. А вечером возвращались и показывали, что успели сделать. Чтобы просто поехать в гости, нам иногда приходилось буквально отпрашиваться у педагога, чтобы один вечер не позаниматься.
И так день за днём.
Это звучит немного безумно. Но тогда это была наша жизнь. И скрипка была в этой жизни везде: мы брали её с собой в горы, в деревню к бабушке, на море.
Можно ли отдать в музыкалку и оно само сложится? Ребёнок сможет стать конкурентоспособным музыкантом?
Мне в это верится с трудом. Есть работа ребёнка: его трудолюбие и умение организоваться здесь очень важны.
Есть работа педагога. И, если мы говорим о профессиональном пути, то колоссально важно, чтобы педагог был требовательным и не довольствовался какими-то небольшими успехами ученика.
И есть родительская работа. Возить. Организовывать. Следить за расписанием.
Искать педагогов. Заниматься дома. Повторять. Напоминать. Поддерживать. Заставлять. А иногда, наоборот, вовремя остановить.
Выбирать, чему сейчас уделить больше внимания. Потому что у ребёнка кроме скрипки есть ещё школа, другие предметы и обычная детская жизнь.
Потому что ты работаешь не ради гарантированного результата.
Ты можешь вложить в ребёнка силы, килограммы нервных клеток. Потратить огромное количество времени и денег. Можешь найти прекрасного педагога и сидеть рядом по несколько часов каждый день. Возить по конкурсам в другие города, страны и подбирать подходящую мотивацию, ведь у каждого человека она своя.
А ребёнок всё равно может однажды сказать: «Я больше не хочу».
И это тоже нужно принять. Потому что ребёнок — это не проект с гарантированной отдачей инвестиций.
Радости было не меньше, чем труда!
Помню, как у меня буквально замерло сердце, когда объявили дочкин высший балл на конкурсе, наш высший балл, мой высший балл.
Помню лицо дочери. Её счастье, её глаза. Это невозможно забыть.
Когда ты знаешь, сколько труда стоит за несколькими минутами на сцене, чужая высокая оценка становится почти физическим ощущением счастья. Можно спросить у профессиональных спортсменов. Думаю, они испытывают что-то подобное.
Но сейчас, спустя годы, я думаю, что самое ценное совсем не в дипломах.
Самое ценное — это любовь к музыке.
Любовь к инструменту. То, что музыка осталась с ней.
Потому что можно получить множество наград, а потом никогда больше не взять инструмент в руки. А можно продолжать играть потому, что тебе это действительно нужно.
И это гораздо важнее любого конкурса!
Побочный эффект
Когда один ребёнок серьёзно занимается музыкой, музыкой начинает жить вся семья. Братья и сёстры слышат её, знают, что такое конкурс, концерт. Наблюдают, как человек может часами работать над несколькими тактами.
Видят, что можно быть очень способным, но каждый день заниматься. Что результат не появляется из воздуха. Что иногда ты очень стараешься, но проигрываешь.
А иногда ты получаешь тот самый высший балл, от которого у мамы замирает сердце и увлажняются глаза)
Они понимают, что у каждого человека может быть своё большое дело, требующее времени и внимания. И мне кажется, в этом смысле искусство развивает не только того, кто им занимается.
Оно меняет среду вокруг него.
Скрипка развивала нашу семью. И, совершенно точно, меня развивала не меньше, чем дочь.
Что родитель может дать ребёнку, чтобы у него появилась возможность стать профессиональным музыкантом?
Хорошую базу: сильных педагогов, веру в себя, опыт сцены, конкурсов, неудач и побед. Опыт долгого движения к результату.
Научить дисциплине и умению работать.
Создать среду, в которой растёт любовь к своему делу, в нашем случае к скрипочке, скрипичной музыке. У меня это получилось очень органично: я обожаю скрипичную музыку, могу слушать её всегда.
Сейчас моя дочь продолжает учиться сразу в двух консерваториях, Московской и Венской.
И я ясно понимаю: дальше я уже не могу вести эту историю. Когда-то я сидела рядом с ней по четыре-шесть часов в день и разбирала каждую ноту. Теперь она сама выбирает, сколько ей заниматься, куда идти и каким музыкантом становиться.
Я не знаю, станет ли она большой скрипачкой. Но я знаю: когда-то я дала возможность ею стать.
А дальше её жизнь, её выбор и её труд.
Послесловие.
Уже спустя много лет после того, как мы прошли большую часть этого пути, я прочитала книгу Эми Чуа «Боевой гимн матери-тигрицы». Это книга о воспитании детей в очень жёсткой китайской традиции, в том числе о музыкальном образовании.
Когда я её читала, местами очень удивлялась, потому что узнавала в ней знакомую мне сторону музыкального образования, о которой со стороны часто не думают. О том, сколько в этом родительского труда. О том, что талант без ежедневной работы далеко не уедет. И о том, что серьёзное музыкальное образование — это семейный проект.
Поэтому если вы когда-нибудь решите всерьёз заниматься с ребёнком музыкой, я рекомендую эту книгу к прочтению.
Не как инструкцию по воспитанию и не как единственно правильную модель. А просто чтобы увидеть, сколько работы находится по другую сторону красивого детского выступления.
